Новое на сайте Юрия Михайлика
Mar. 18th, 2021 09:07 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
el_dhttps://mikhailik.site/new/
Например, вот такое.
***
Гвельфы и гибеллины – политическая возня,
в муниципальных архивах и не такое хранится.
«Божественная комедия» писалась на злобу дня,
потом для нее отлили серебряные страницы.
Обилие хищных животных. Флоренция – это рысь.
И пятна на рысьей шкуре от средневековых споров -
светская власть иль папская... Мгновение – повторись!
Восемь веков не сходят чумные следы узоров.
Поэма вполне актуальна, особенно в наших местах.
где папа и император не спорят, а совпадают,
где в народе царит ликованье, переходящее в страх,
рыдают сперва от счастья, а после просто рыдают.
Дело, конечно, не в этом, восемь веков - не срок.
И не в том – о чем и зачем – сочинял стихи Алигьери.
Теперь о его поэме написано больше строк,
чем те, что в ней уместились. Раз в десять, по крайней мере.
Комментаторы обозначат - где гвельф, а где гибеллин,
что в аду и в каком ряду, и в какой из частей поэмы...
При этом никто не помнит – в одной из русских былин
давно живет персонаж – воплощение сей проблемы.
Происхожденье сомнительно. Хазар, а может, еврей.
Повстречав его на дороге, считай, ты уже покойник.
В сегодняшнем нашем тексте интересно, что он Соловей,
и, судя по качеству свиста, не важно, что он Разбойник.
Злоба довлеет дневи. Мы в ярости - кто да с кем,
а тот - холуй у тирана, а тот - на смерть за свободу.
Но дело, поверьте Данту, только в качестве наших поэм,
а вовсе не в нашей злобе, истаивающей сквозь годы.
Злоба дня увлекает. Но этот костер прогорит.
Уже спустя полстолетия никого не сразить сюжетом.
Жизнь создают интонация, энергетика, страсть и ритм,
И все соловьи и данты прекрасно знали об этом.
***
Прости-прощай, форгет энд форгив —
это чайный клипер проходит пролив,
австралийская шерсть и китайский чай,
форгет энд форгив, прости -прощай.
Китайский чай, австралийская шерсть,
океанов пять, континентов шесть,
свои белые крылья вполнеба раскрыв,
там чайный клипер уходит за риф.
Прощай и прости, форгив энд форгет,
ни на суше, ни в море спасенья нет,
над волной впереди полыхнет закат,
подними свой взгляд – паруса горят.
Австралийская шерсть и китайский чай,
эти скалы зовутся — Прости-Прощай,
сколько старых галер пошли ко дну,
чтобы чайный клипер резал волну.
Оправданье погибших, надежда живых —
чайный клипер в ревущих сороковых,
это чая глоток, это шерсти клок,
этим курсом дьявол пройти не смог.
Бушприт над волной, и звон над струной,
небеса, наполненные тишиной, —
звезды яростной жизни – чумной, шальной —
пока чайный клипер летит над волной.
Восемнадцать узлов, прости-прощай,
не ходи на причал, никого не встречай,
паруса ушли облаками в рассвет.
Нас нигде уже нет. Форгив энд форгет.
***
Море горит зеленым, красным, белым и голубым огнем.
Обычно это происходит ночью, но иногда случается днем.
Не салют, не фейерверк, не праздник, не зороастровы степные костры,
не то, что балуется море и дразнит лунных морей сухие миры...
Евглена зеленая пятому классу объяснила – это цветет планктон,
бульон, плавучая биомасса. (Синий кит достигает шестидесяти тонн.)
Напитавшись этим морским пожаром, киты уплывают куда-то на юг,
стадами, поодиночке, парами, - плывут под водой и поют,
чтоб оборвать - мгновенно, вместе, - плавный, долгий плывущий стон,
а спустя полгода вернуться в песню – на ту же ноту и в тот же тон.
Над обрывом огромные звезды дышат, купол держит слабый мерцающий ритм.
Даже если море понимает и слышит, море занято – море горит.
Черное - зеленое и голубое, в белом разгуле, в красно-синей шальной гульбе,-
откликается звездам, приемный покой над тобою адресует каждый укол и упрек тебе.
Звезды помнят свой ритм. Влажный пламень коснется руки.
Море горит. Киты уплывают, трубя.
И не ты выбираешь длину строки.
Она настигает тебя.
Например, вот такое.
***
Гвельфы и гибеллины – политическая возня,
в муниципальных архивах и не такое хранится.
«Божественная комедия» писалась на злобу дня,
потом для нее отлили серебряные страницы.
Обилие хищных животных. Флоренция – это рысь.
И пятна на рысьей шкуре от средневековых споров -
светская власть иль папская... Мгновение – повторись!
Восемь веков не сходят чумные следы узоров.
Поэма вполне актуальна, особенно в наших местах.
где папа и император не спорят, а совпадают,
где в народе царит ликованье, переходящее в страх,
рыдают сперва от счастья, а после просто рыдают.
Дело, конечно, не в этом, восемь веков - не срок.
И не в том – о чем и зачем – сочинял стихи Алигьери.
Теперь о его поэме написано больше строк,
чем те, что в ней уместились. Раз в десять, по крайней мере.
Комментаторы обозначат - где гвельф, а где гибеллин,
что в аду и в каком ряду, и в какой из частей поэмы...
При этом никто не помнит – в одной из русских былин
давно живет персонаж – воплощение сей проблемы.
Происхожденье сомнительно. Хазар, а может, еврей.
Повстречав его на дороге, считай, ты уже покойник.
В сегодняшнем нашем тексте интересно, что он Соловей,
и, судя по качеству свиста, не важно, что он Разбойник.
Злоба довлеет дневи. Мы в ярости - кто да с кем,
а тот - холуй у тирана, а тот - на смерть за свободу.
Но дело, поверьте Данту, только в качестве наших поэм,
а вовсе не в нашей злобе, истаивающей сквозь годы.
Злоба дня увлекает. Но этот костер прогорит.
Уже спустя полстолетия никого не сразить сюжетом.
Жизнь создают интонация, энергетика, страсть и ритм,
И все соловьи и данты прекрасно знали об этом.
***
Прости-прощай, форгет энд форгив —
это чайный клипер проходит пролив,
австралийская шерсть и китайский чай,
форгет энд форгив, прости -прощай.
Китайский чай, австралийская шерсть,
океанов пять, континентов шесть,
свои белые крылья вполнеба раскрыв,
там чайный клипер уходит за риф.
Прощай и прости, форгив энд форгет,
ни на суше, ни в море спасенья нет,
над волной впереди полыхнет закат,
подними свой взгляд – паруса горят.
Австралийская шерсть и китайский чай,
эти скалы зовутся — Прости-Прощай,
сколько старых галер пошли ко дну,
чтобы чайный клипер резал волну.
Оправданье погибших, надежда живых —
чайный клипер в ревущих сороковых,
это чая глоток, это шерсти клок,
этим курсом дьявол пройти не смог.
Бушприт над волной, и звон над струной,
небеса, наполненные тишиной, —
звезды яростной жизни – чумной, шальной —
пока чайный клипер летит над волной.
Восемнадцать узлов, прости-прощай,
не ходи на причал, никого не встречай,
паруса ушли облаками в рассвет.
Нас нигде уже нет. Форгив энд форгет.
***
Море горит зеленым, красным, белым и голубым огнем.
Обычно это происходит ночью, но иногда случается днем.
Не салют, не фейерверк, не праздник, не зороастровы степные костры,
не то, что балуется море и дразнит лунных морей сухие миры...
Евглена зеленая пятому классу объяснила – это цветет планктон,
бульон, плавучая биомасса. (Синий кит достигает шестидесяти тонн.)
Напитавшись этим морским пожаром, киты уплывают куда-то на юг,
стадами, поодиночке, парами, - плывут под водой и поют,
чтоб оборвать - мгновенно, вместе, - плавный, долгий плывущий стон,
а спустя полгода вернуться в песню – на ту же ноту и в тот же тон.
Над обрывом огромные звезды дышат, купол держит слабый мерцающий ритм.
Даже если море понимает и слышит, море занято – море горит.
Черное - зеленое и голубое, в белом разгуле, в красно-синей шальной гульбе,-
откликается звездам, приемный покой над тобою адресует каждый укол и упрек тебе.
Звезды помнят свой ритм. Влажный пламень коснется руки.
Море горит. Киты уплывают, трубя.
И не ты выбираешь длину строки.
Она настигает тебя.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2021-03-18 12:03 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 12:20 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 02:00 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 02:14 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 05:31 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 06:36 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-18 10:10 pm (UTC)Не знал бы, что не Бродский — решил бы, что это Бродский.
no subject
Date: 2021-03-19 06:12 pm (UTC)no subject
Date: 2021-03-19 08:25 pm (UTC)пример подобного стиха у него вот: https://www.culture.ru/poems/30739/novyi-zhyul-vern
no subject
Date: 2021-03-20 10:09 am (UTC)