May. 1st, 2025
(no subject)
May. 1st, 2025 10:51 pm Первое правило Шаламова для землеподобных планет:
информацию, собранную на той стороне, не получится передать.
Ладно, что протокола нет – под нее носителей нет.
Тот, у кого еще не закончились калории и жильё,
может попробовать свести и ощутить что-то своё –
но пусть не удивляется, если вдруг из него,
полезет, например, благодать.
(Как у Солженицына – или снаружи сна.)
Данные разъедают физическую среду, калечат любой разъем,
и даже крайние значения больше нечем, незачем различать,
(если имеется врач, нужно звать врача,
очень быстро, пока что-то еще отзывается на тепло,
пока в небе видна луна и на поверхности (где?) шелестит нечто, белым-бело,
слово лежало здесь, слово уже стекло.)
Подпись, печать.
В «Одиссее капитана Блада»
пиратский адмирал, бывший врач,
некогда обращенный в рабство по суду
(тот, кто поддерживает жизнь в мятежнике,
поддерживает мятеж и подлежит смерти
за преступления против короля и Бога),
выловив из моря вельмож страны,
так лихо с ним обошедшейся,
внезапно узнает, что его родиной уже два месяца
правят какие-то совершенно посторонние люди
(а вовсе не те, кого он так хорошо помнил).
Капитан, сведя в одно предложение
весь свой горький опыт, всех своих мертвых
и невозможную мечту, сплошное оскорбление величества,
ядовито спросит:
«Вы хотите сказать, ваша светлость, что английский народ восстал и вышвырнул этого мерзавца Якова вместе с его бандой головорезов?»
(Здесь, кстати, просматривается разница
между автором и переводчиками,
на английском стоит простое «они там дома проснулись» –
будто одного осознания,
что тобой управляет банда головорезов,
достаточно, чтобы встать и начать действовать.
У переводчиков другой опыт
и они прописывают все открытым текстом,
чтобы никто не перепутал.)
Говорит – и слышит не возмущенную брань,
а ошеломляющее:
«У него ошень правильный политишеский вскляд, а?»
Теперь так выглядят правильные политические взгляды. ( Read more... )
информацию, собранную на той стороне, не получится передать.
Ладно, что протокола нет – под нее носителей нет.
Тот, у кого еще не закончились калории и жильё,
может попробовать свести и ощутить что-то своё –
но пусть не удивляется, если вдруг из него,
полезет, например, благодать.
(Как у Солженицына – или снаружи сна.)
Данные разъедают физическую среду, калечат любой разъем,
и даже крайние значения больше нечем, незачем различать,
(если имеется врач, нужно звать врача,
очень быстро, пока что-то еще отзывается на тепло,
пока в небе видна луна и на поверхности (где?) шелестит нечто, белым-бело,
слово лежало здесь, слово уже стекло.)
Подпись, печать.
В «Одиссее капитана Блада»
пиратский адмирал, бывший врач,
некогда обращенный в рабство по суду
(тот, кто поддерживает жизнь в мятежнике,
поддерживает мятеж и подлежит смерти
за преступления против короля и Бога),
выловив из моря вельмож страны,
так лихо с ним обошедшейся,
внезапно узнает, что его родиной уже два месяца
правят какие-то совершенно посторонние люди
(а вовсе не те, кого он так хорошо помнил).
Капитан, сведя в одно предложение
весь свой горький опыт, всех своих мертвых
и невозможную мечту, сплошное оскорбление величества,
ядовито спросит:
«Вы хотите сказать, ваша светлость, что английский народ восстал и вышвырнул этого мерзавца Якова вместе с его бандой головорезов?»
(Здесь, кстати, просматривается разница
между автором и переводчиками,
на английском стоит простое «они там дома проснулись» –
будто одного осознания,
что тобой управляет банда головорезов,
достаточно, чтобы встать и начать действовать.
У переводчиков другой опыт
и они прописывают все открытым текстом,
чтобы никто не перепутал.)
Говорит – и слышит не возмущенную брань,
а ошеломляющее:
«У него ошень правильный политишеский вскляд, а?»
Теперь так выглядят правильные политические взгляды. ( Read more... )