(no subject)

А потом – в тексте лакуна, в небе луна, в мире никто ничего не зна… прочерк, прилив, секрет –
ветер приходит до дна, до изнанки сна, с той стороны говорит Когелету: «Нет»
Для него не имеет значенья, где польза, что суета, покуда летит – и жив.
Все равно подхватит прах (слово, облако, тень листа) и запустит гончарный круг,
чтоб по горлу кувшина вился, гудел курсив
кавалерией, входящей в прорыв, кораблём, спешащим на юг –
потому что длится, тлеет полёт, глина вскипает, узор растёт, время всегда «сейчас»,
слой за слоем еще один оборот, каждый раз это первый раз.