Юрий Михайлик

ххх

Прорежет небеса серебряный расплав,
и горький запах трав, и ранних звезд прозренье –
и вновь наступит ночь, и родину расправ
укроют лоскуты затменья и забвенья.

Что ж, времена длинны, а жизни коротки,
мгновенен день звезды, а прописи нетленны,
приходят ледники, уходят ледники,
оставив нам с тобой лишь краешек морены.

О да, когда-нибудь, когда растают льды,
и к дальним островам прихлынут океаны,
из глинистых болот, из пасмурной воды
еще взойдут во тьме великие вулканы.

(no subject)

Допустим, с Великого Луга действительный ветер встаёт,
округа сбивается с круга, потом прекращается лёд,
и только мотив неизменный плетет меж воды и корней
узоры царевны морены, наследство ползучих камней,
холмов ледниковую пропись, приречный разгул тростника,
грамматику сколов и стёсов – вовне и внутри языка.