Юрий Михайлик

[el_d]

Памяти Евгения Голубовского

Он плыл, рассекая выси,
блестя нездешним загаром, –
наверное – из Тбилиси,
быть может, от Гиви с Нодаром –
и мир был ничуть не тесен,
и звук был почти неслышен,
и отзвук грузинских песен
летел вслед за ним по крышам .
Мы все – из памяти в небыль,
далеким мотором вторя
и флейтам светлого неба,
и скрипкам темного моря.
Над краешком, над границей,
над белой чертой прибоя,
над желтым песком страницы,
написанной нам с тобою,
где тихим звоном оливы
меж небом и морем плыли.
Где все еще были живы.
Где мы еще живы были.