Н.И.

[el_d]

Исходно граница Аида хранилась примерно так:
Живые должны проходить над ней, попросту не заметив,
А внутренний периметр стерегли стаи трехцветных собак,
Которые есть одна собака, расщепленная на трети.
(Вы бы видели эту собаку)

Бывали, конечно, инциденты – порой распнут не того
Или по делу зайдет Геракл, а ему возрази, попробуй,
Но, в целом, и снаружи приходило только то, что уже мертво,
И изнутри не решались (к счастью) просочиться даже микробы.
(Когда тут такие собаки)

И все истории о нарушениях закончились горем – кроме одной,
Известной снаружи по пересказам (неверным), а внутри по звукам и знакам,
Обычная ситуация – человек пришел за женой.
Но сначала он покормил собак – а главное, спел собакам.
(А вернее - частям собаки)

И когда по дороге назад и вверх беглецов поймала пурга,
Дробя и расщепляя их тени до прозрачных летейских кружев,
В той точке, где их осталось так мало, что одним дуновеньем снесло бы обратно, на асфоделевые луга,
Их обступили большие собаки и вывели их наружу.
(Предатели, а не собаки)

Аидову границу теперь охраняют тайна и страх,
Те двое все еще где-то живут, слегка не веря своей удаче,
А стая с тех пор так и спасает всех, кто сбился с пути в горах.
И о ее происхождении рассказывают иначе.
(Разве можно так – о собаке)