Юрий Михайлик

Эта незамысловатая песенка была сочинена пятьдесят пять лет назад.
Почему-то вспомнилась.

ххх

Мы проиграли эту войну.
Мы были обречены.
Эту войну. И еще одну
задолго до этой войны.

Перед тобой лишь последний бой,
праздновать - умирать.
Кто это выдумал – будто любовь
может не проиграть?

Кто это выдумал – будто добро
может не отступить?
Самый веселый твой эскадрон
насмерть полег в степи.

Багровое небо стоит вдали,
твои города пусты.
Последняя доля твоей земли –
та, на которой ты.

И только один отчаянный взвод,
бешеные сердца,
вот он залег посреди болот,
держится до конца.

"Ваши? Врете, не ваши!" (c)

БОРИС СЛУЦКИЙ
---
У меня было право жизни и смерти.
Я использовал наполовину,
злоупотребляя правом жизни,
не применяя право смерти.
Это — моральный образ действий
в эпоху войн и революций.
Не убий, даже немца,
если есть малейшая возможность.
Даже немца, даже фашиста,
если есть малейшая возможность.
Если враг не сдается,
его не уничтожают.
Его пленяют.
Его сажают
в большой и чистый лагерь.
Его заставляют работать
восемь часов в день — не больше.
Его кормят. Его обучают:
врага обучают на друга.
Военнопленные рано или поздно
возвращаются до дому.
Послевоенный период
рано или поздно
становится предвоенным.
Судьба шестой мировой зависит
от того, как обращались
с пленными предшествующей, пятой.
Если кроме права свободы,
печати, совести и собраний
вы получите большее право:
жизни и смерти, —
милуйте чаще, чем карайте.
Злоупотребляйте правом жизни,
пока не атрофируется право смерти.