Юрий Михайлик

ххх

Граф не любил поэта – бездельник и шелопай –
граф был поглощен делом – он обустраивал край.
А тот – до обеда в постели, в смятых черновиках,
выписывая эпиграммы и главы романа в стихах.
Поэт не любил графа, тот слишком был англоман,
и считал подражаньем Байрону стихотворный роман,
граф, конечно, больше тревожился нашествием саранчи,
чем рожденьем живой речи в бредовой южной ночи.
А власть не любила обоих. Конечно, первый – герой,
но по части свободомыслия подозрителен как второй.
И город, когда во мнениях слегка рассеялся страх,
поставил им бюст и памятник в самых лучших местах,
графу – возле собора – за добро и усердье его,
поэту – под небом у моря – за гений и мастерство.
А строки поэта и время, в котором трудился граф,
плыли над этим городом, не споря – кто из них прав.
А власти, – тут плохо с властями во всякие времена –
какие бы в этом городе ни правили племена, –
они не любили несносных (тех, которых нельзя снести).
Извинить эту тьму невозможно. Так что ты их, темных, прости.