(no subject)

Полине Барсковой

На привычно холодной площади
посреди (опять!) замятни,
кроме змеи и лошади,
нет у Анны родни.
В остальных что говори, что не говори.
Спросите ее, Андреевну:
что она сохранит,
переписав свое время
в бронзу или гранит,
выдумав все – и слово, и друга, и декабри?
Нет, не воздух, не совесть,
не разум, не ремесло,
А маленькую способность
не путать добро и зло
и все ещё улыбаться – ядовито, легко, светло,
находясь у смерти внутри.