(no subject)

Авианосец болен, матросы с него бегут,
Отставной командир корабля популярен как Робин Гуд,
Его субмарина орудья щерит из любых водных прорех,
У него под водой настоящий Шервуд – он принимает всех.

Командование не желает искать следы на воде
Ни в политической, ни в сетевой, ни в океанской среде,
Оно читало все те же книги и смотрело то же кино
И знает, что при столкновении с архетипом его дело – обречено.

Все его звезды смерти взорвутся (а потом взорвутся на бис),
Треножники и летучие блюдца образуют сервиз,
Продажная пресса продаст другому, скелет развалит клозет,
В общем, стоит им выйти из дому, как их всех поглотит сюжет.

У экс-командира та же проблема: архетип за него горой,
А он не капитан и не Немо, он вообще не герой.
Зачем ему наводить справедливость подобно чумной звезде?
Он хочет а) жить и б) быть счастливым, просто делать это – в воде.

Авианосец плачет, ржавея от собственных слез,
Он мечтает работать пляжем, а не быть средоточием гроз,
Он пытается слиться с ландшафтом, стать одной из прибрежных плит,
Но у сюжета есть автор – и автору нужен конфликт.

Впрочем, автор – сугубое меньшинство, и судьба его горестна и проста:
Те, кто создан им, погубят его - с той стороны листа.