(no subject)

Осени свет нерезкий, сахар на самом дне,
«Прекрасная нивернезка» уже не вернется ко мне.
Пламя во мраке ночи облаком заменя,
Даже если захочет, не возвратится в меня,
Мосты, черепица, птицы, люди, сентиментальный хлам -
Некуда поместиться восьмидесяти томам,
Недоглядной цензуре, простуженному окну,
Детской температуре, чаю с лимоном, сну,
Где в санаторной пещере, распробовав мед и яд.
Юные пионеры читают про все подряд,
Просыпаются, зная, что в тумане, как в парадном платке,
Где-то баржа речная неизменно идет по чужой реке.
Только потом, гуляя, какое тысячелетье, полушарие, город, год,
Обернуться и краем, краем глаза поймать невозможный на юге лед,
Отражаясь, сияя, солнцем разрезана пополам
Небольшая баржа речная деловито идет по своим делам,
Не монтаж, и не врезка, не кино, не смещенье твоих когда,
Просто «Прекрасная нивернезка» пройдет везде, где течет вода.